| |
За неполных семь лет новой жизни Галерея на Солянке, прежде почти незаметная на культурной карте Москвы, стала невероятно живым и популярным местом. Здесь одна за другой открывались громкие выставки – прежде всего, те, которые имели отношение к двум главным страстям нового директора: анимационные (Павлов много лет проработал в Музее Кино, курируя неигровое и анимационное кино) и фотографические (из Музея Кино в начале нулевых годов Павлов перешел в заместители к Ольге Свибловой, став главным хранителем Московского дома фотографии). Павлов выстроил целую галерею славы российских аниматоров – ретроспективная выставка Федора Хитрука собирала тысячи посетителей ежедневно, а постоянные художники галереи – например, Михаил Алдашин или Иван Максимов – показывали на Солянке все свои новые работы, напоминая широкой аудитории, что удел анимации – не только кинозал, но и музейные стены. Как раз Павлову и удалось превратить «Солянку» в своего рода музей современной анимации. Другие знаменитые выставки на Солянке тоже имели прямое или косвенное отношение к кино. Особенно это стало важно с потерей Музеем Кино собственных стен. На стенах Солянки, переняв эстафету, стали показывать графику Федерико Феллини, акварели Рустама Хамдамова, редкие винтажные портреты Марлен Дитрих и даже шедевры выдающегося оператора Урусевского. Много показывал Павлов и выдающихся фотографов – от последней прижизненной фотосессии Хельмута Ньютона до внезапных портретов русского британца Саши Гусова, от фотографических поэм Владимира Мишукова (Солянка открыла Москве это имя) до маньеристских провокаций китайских братьев Гао. Расширяя концептуальные рамки галереи, Павлов не побоялся пойти в буквальном смысле вглубь – два года назад стараниями Павлова Солянка получила новое подземное пространство, так и названное Павловым – «Катакомбы». Здесь получили свою площадку молодые современные художники, как российские, так и западные, а на вернисажах в «Катакомбах» стала собираться совсем молодая и новая для современного искусства публика.
Наиболее важные научные работы Павлова исследуют истоки мировой анимации. Именно он первым открыл для России имя Александра Алексеева, изобретателя игольчатого экрана. Павлов же много писал о великом Цехановском, которому кинематограф обязан рядом важнейших открытий. Он стал летописцем и собирателем фондов Юрия Норштейна, Федора Хитрука, Эдуарда Назарова и других главных аниматоров России.
Он работал без выходных, потому что кроме галереи у него всегда было множество проектов. Он был членом жюри крупнейших фестивалей анимации (от Лейпцигского до украинского «Крока»), отсматривал фильмы для премий и конкурсов и вообще являлся одним из моторов анимационного мира.
На прошлой неделе, по своей давней привычке – работать, пока все не будет закончено, – Павлов вешал выставки без остановки почти двое суток. Он готовился к открытию Третьей московской биеннале и, выйдя с работы в субботу вечером, отправился к друзьям-аниматорам – на метро, где его и настиг инфаркт.
Он как будто забыл, что до 70-летия ему оставались считанные месяцы и что впереди – десятки запланированных выставок и масса новых имен, которые предстояло открыть.
Отпевание состоится в среду, 23 сентября, в 11:00
в Храме Мартина Исповедника по адресу ул. Александра Солженицына, 15.
Борис Дмитриевич будет похоронен на Миусском кладбище в Москве (похороны состоятся в среду, 23 сентября, в 13:00).
Поминки состоятся в Белом зале Галереи на Солянке в среду, 23 сентября, в 15:00.
|
